Путешествие в Средневековье. (фентези)

 

Мы в разных городах и разных странах.

Со мной ты лишь поверхностно знаком.

Ты у себя — склонился за экраном,

Я у себя — за книжкой вечерком.

 

Но мыслями вдвоем в Средневековье.

А в памяти прочитанный роман,

Где месть и корысть смешаны с любовью,

Где рядом и реальность, и обман...

 

И где-то там, в таком же давнем прошлом,

Седой алхимик или старый маг,

От глаз чужих укрывшись осторожно,

Заклятье ищет средь своих бумаг.

В его лаборатории старинной

Случались чудеса. И всякий раз,

Он находил для них свою причину.

Теперь же чудеса коснулись нас.

 

У каждого по жизни путь намечен,

Свои надежды, планы и мечты...

А где-то в замках зажигают свечи,

Поднимут на ночь на цепях мосты.

И не подозревая о заклятьях,

О том, что в жизнь вмешаются извне,


Себя я вижу в длинном бальном платье,

А ты себя в доспехах, на коне...

 

Вдруг под ногами твердь заколебалась,

Померкло все и окунулось в мрак.

Я на мгновенье даже испугалась.

Глаза открыла: что-то здесь не так!

Вот в полумраке каменные стены,

Их освещают факел и камин.

На стенах не ковры, а гобелены,

В углу кровать, над нею балдахин.

С кроватью рядом толстая служанка,

Ковер персидский и ночной горшок.

Ну, слава Богу, вроде не вилланка -

Струится платья разноцветный шелк...

Вот это влипла! Может мне все снится?

Себя щипаю — это все не сон!

«Сударыне угодно помолиться?» -

Служанка посылает мне поклон.

 

Ну, хорошо: язык я понимаю,

К тому же, даже думаю на нем!

Реальность адекватно принимаю.

Что делать дальше — разберусь потом.

Служанка вышла, за тяжелой дверью

Раздались ее гулкие шаги.

Смотрю вокруг: и верю, и не верю...

Вздыхаю тихо: «Боже, помоги!»

За стрельчатым окном в небесной сини

Сияет одинокая звезда.

Потрескивает огонек в камине.

Зачем же занесло меня сюда?

Шквал мыслей и вопросов без ответа.

И неизвестность, полная тревог.

Ну, а наряд, в который я одета...

Не справлюсь. Хоть бы кто-то снять помог!

И, словно уловив мое желанье,

Служанка появилась тут как тут.

В поклоне замерла, вся в ожидании.

А я не знаю как ее зовут!

Неловкость длилась лишь одно мгновенье.

Она без слов все сразу поняла.

Вот платье снято. Стоя на коленях,

Она и туфли с ног моих сняла.

 

Огромная постель. Матрац. Перина.

Из тонкого кэнсила простыни...

Да, только вот клопы кусают спину.

Сон не идет — попробуй тут усни!

Из гардеробной слышу храп служанки,

А я верчусь и не смыкаю глаз.

Домой бы мне, да в мягкую пижамку!

Огонь в камине вспыхнул и погас...

 

Все погрузилось в темень. Незаметно

Дремота и ко мне подобралась.

И снится мне алхимик в круге света,

Он шепчет, озираясь и молясь:

« Из будущего я призвал на время,

Двоих потомков княжеских кровей,

На них одних я возлагаю бремя

Мой род от бед избавить поскорей.

На нас лежит старинное проклятье,

А снять его сподобится лишь тот,

Кто в странном или непотребном платье

На пир, презрев приличия, войдет

И примет в дар кольцо себе на палец,

Так завершив потребный ритуал.

Тотчас назад воротится скиталец,

В то время из которого пропал!»

 

От слов таких проснулась в одночасье.

Хоть что-то проясняется, чуть-чуть!

Избрал двоих… Без нашего согласья!

Дает старик! Умеет колдануть!

Вот за окном едва рассвет забрезжил,

А впереди средневековый день...

В обычаях и нравах я невежда.

Как здесь вести себя? Что говорить? Надеть?

 

Лежу и слышу шорох в гардеробной,

Проснулись слуги. Или это мышь?

А показать, что я не сплю, удобно?

А если спросят: «Почему не спишь?»

 

Вот так я и вертелась до рассвета,

Пока светло не стало за окном.

Пора вставать, а я совсем раздета,

Служанка унесла все перед сном.

Вот и она со свежею камизой,

С сосудом чистой ключевой воды.

Рот сполосну, лицо водою сбрызну, -

Не душ, конечно. Здесь в нем нет нужды,

Ведь Церковь почему-то запрещает

Купаться часто, это тяжкий грех.

На чувственность всегда акцент смещает.

Доводит до абсурда. Просто смех!

 

Прослыть здесь еретичкой очень просто.

Нет, свои мысли лучше придержу.

Тем временем, мне делают прическу.

На стульчике складном уже сижу

Среди просторной мрачной гардеробной,

Где, в основном, шкафы и сундуки.

Ковры и шторы, правда, бесподобны...

А надо мной «колдуют» в две руки:

Мелькают в зеркале то гребень, то расческа,

Вплетают ленты в волос, жемчуга,

Потом замысловатая прическа

Вуалью покрывается слегка.

Моя одежда тоже верх искусства:

Пурпурный бархат и зеленый шелк.

И золотом украшенные густо

Все пуговицы, пояс, кошелек.

На ноги обувают мне пулены -

Из мягкой кожи с загнутым носком,

Поверх чулков с подвязкой под коленом.

А я бы походила босиком!

 

К несчастью, я так кушать захотела,

А завтраки здесь тоже не в чести!

Покуда украшали мое тело,

Не стало сил, чтобы его нести.

Придется подождать мне до полудня.

Я, кажется, на пир приглашена!

Отведаю жаркого или студня,

Ну, а еще попробую вина....

Вот так я о застолье размечталась,

Пустой желудок и не то споет!

Тут в двери осторожно постучались -

Хозяин прогуляться всех зовет.

 

Из комнаты я выхожу с опаской,

Но не одна, а в окруженьи слуг.

В какие этот мир окрашен краски?

Мне очень интересно все вокруг.

За дверью оказалась галерея:

Сплошь каменная кладка, крепкий брус...

Спуститься вниз спешу я поскорее,

Надеюсь, что в пуленах не споткнусь.

Какая пытка в этом тесном платье

По узким коридорам проходить!

Боялась на подол случайно стать я,

Боялась шлейфом что-то зацепить.

 

Ну, наконец-то выбралась за стены,

Передо мной уютный чистый двор.

А свежий воздух льется прямо в вены

И радует веселый разговор.

И музыка бродячих менестрелей,

(Они с утра у замковых ворот)

Играют скрипки, бубны и свирели...

Возможно, репетирует народ?

А по двору туда-сюда прислуга

Снует по поручению господ,

То обгоняя, то толкнув друг друга,

Ведь подготовка к пиршеству идет.

Спешат скорей управиться к полудню.

Хозяйка с работяг не сводит глаз.

Сегодня будет в замке многолюдно.

Как гостья предстаю и я сейчас...

 

А я ни грамма даже не смутилась,

Лишь улыбнулась, сделав реверанс.

Как будто здесь все время находилась,

А не явилась как «калиф на час»!

И всем меня представили как леди

И объявили мой дворянский чин.

В свой адрес лестные слова ловлю в беседе

И взгляды восхищенные мужчин.

 

Мужчины носят здесь сюрко и котты -
Такая мода в средние века.

А шоссы на ногах (ну как колготы!)

У дворянина и у бедняка.

Я думала, что все должны быть в латах,

Но латы для турниров и войны.

Лишь замковая стража как солдаты -

В доспехи лишь они облачены.

Знать одевает яркие наряды,

Простой народ — практичные цвета.

В лилово-алом граф со мною рядом

И леди в бирюзовом. Красота!

 

Хозяина легко принять за принца -

Одет в парчу и синий бархат он.

Владениями жаждет похвалиться,

Занять гостей прогулкой, mille pardons.

Он нудно, как в финансовом отчете,

Озвучивает цифры на ходу.

Его жена в парче как в позолоте,

На солнышке блистает… Я иду,

Прислушиваясь молча к разговорам,

Они плетут невидимую нить.

Коль буду на слова не слишком скорой,-

Глядишь, сумею глупой не прослыть.

Вот, бросив пару фраз о том и этом,

Речь о литературе завели,

Хвалу своим прославленным поэтам.

Цитировали даже, что могли.

Ну, что сказать? Запомнилось мне мало:

Лишь пару строк и имя Жан де Мен...

Смотрю вокруг, ведь здесь я не бывала,

Порядком отошли от грозных стен.

 

Издалека и замок как картинка:

Сверкают крыши, высится донжон,

Проемы окон как глаза с грустинкой...

Он рвом, стеной и валом окружен.

 

Зеленые холмы, вдали лесочек,

Струится речка, замок взяв в петлю...

Не описать скупым размером строчек

Все то, на что с восторгом я смотрю!

Идиллия обманчива, я знаю.

И не надолго эта красота.

Болезни, войны и неурожаи...

И в замке — холод, сырость, темнота.

 

Вот, отвлеклась! А, между тем, я слышу

О Данте, о Петрарке разговор.

Кто был и в Авиньоне и в Париже?

(Они в наш век известны до сих пор!)

Так плавно перешли и к римским папам.

Который там у власти? Иоанн?

Ему бы только золота нахапать:

«Христос не нищий!»- и к себе в карман.

 

Прогуливаясь по холмам зеленым,

Мы собирали по пути цветы.

Шли группками и парами влюбленных.

А шлейфы волочили как хвосты.

 

По возвращеньи, в замковой часовне

Мы для короткой мессы собрались.

Почувствовался дух Средневековья,

Где направляет Церковь быт и жизнь,

Где смерть, порой, становится потехой,

А наслажденье счастьем сеет страх...

Звучат молитвы многократным эхом,

Мелькают четки-бусины в руках...

В готической постройке как-то мрачно -

Уныния обитель и тоски.

Пусть отсвет витражей полупрозрачный

И арочные своды высоки,

Но хочется скорей под купол неба,

На свет, на воздух, просто, на простор!

Все причастились от вина и хлеба

И высыпали четками во двор.

 

Вот полдень близится и гости прибывают,

В каретах или, просто так, верхом.

И слуги убирать не поспевают,

Весь этот транспорт. Разрази их гром!

Здесь знаков номерных совсем не надо -

Герб на карете и попоны цвет

Владельца вам укажут. Беглым взглядом,

Определят кто знатный, а кто нет.

Здесь тоже по-одежке всех встречают!

Геральдика — «визитка» тех времен.

Кого же, среди прочих, отличают,

Тому, с почтеньем, делают поклон.

 

Фигуры, жесты, пестрота нарядов -

Похоже, что смотрю в калейдоскоп!

Знакомое лицо мелькнуло рядом...

Не может быть! Подумать только! Стоп!

Алхимик говорил, что будут двое

Старинное проклятье разрушать.

Придется это делать нам с тобою:

Запреты и устои нарушать.

Ну где же ты? Мелькнул и затерялся...

А может обозналась я в толпе?

До пира только час один остался!

Мне стало как-то так не по себе...

 

Я оглядела двор и все постройки,

Присматриваясь к людям, обошла.

И у какой-то небольшой пристройки

Его беседующим с дамами нашла...

Ну, точно он! В его репертуаре!

Он женским полом часто окружен,

Всем комплименты и улыбки дарит...

Я подхожу и делаю поклон.

Он даже не заметил! Ноль эмоций!

Увлекся разговором,- вот напасть!

Привлечь его внимание придется:

Попробую-ка в обморок «упасть»!

Он как пушинку подхватил меня на руки

Эх, сразу ясно: парень — джентельмен!

Померкли краски, запахи и звуки -

Мы в замке, в лабиринте старых стен.

Наш проводник, проворная служанка,

До комнаты указывает путь

И тарахтит о том, что парижанка,

О том, что мне бы нужно отдохнуть,

О ком-то из гостей и о погоде,

О том, как она любит танцевать...

Ну, наконец-то, в комнату заходим!

Меня кладут на мягкую кровать.

 

Глаза открыла, руку удержала :

«Постой, не уходи, поговорим!»

Нам времени отведено так мало...

Подумать надо, что мы сотворим,

Чтобы вернуться снова в наше время.

Какой же мне наряд на пир надеть,

Чтоб одним махом разрешить проблемы

И чтоб кольцом заветным овладеть?

«Не этим?» — он лукаво усмехнулся.

Поведал мне как очутился здесь:

С кольцом на пальце поутру проснулся,

Спросонья думал, что попал на фест...

Но и ему алхимик-маг явился

И, не сводя с кольца горящих глаз,

Своей затеей странной поделился.

Картинка собирается как пазл!

 

От миссии своей не отвертеться!

С моим нарядом надо поспешить.

Что если в стиле «диско» мне одеться?

И котарди на мини перешить?

Лиф по фигуре — тут без изменений,

До середины бедер — вот длина.

Лосины заменяем, без сомнений,

Мужскими шоссами, шелк подойдет сполна!

Пулены, правда, будут здесь некстати,

А сапоги, пожалуй, подойдут.

Брошь, пояс — украшений этих хватит.

В шикарном виде я на пир пойду!

Начес бы вместо вычурной прически,

И макияж поярче нанести,

Чтоб радикально выглядеть и броско, -

И головы бы, точно, не снести!

А так, под длинный плащ на время скроюсь,

Чтоб лишних глаз наряд мой не привлек.

Пора спускаться вниз, идем с тобою.

Спасибо, что с одеждой мне помог!

 

В просторном зале к пиру все готово ,

Цветы и флаги, музыка звучит.

Все для меня здесь ярко, живо, ново!

Я восхищаюсь! Ну, а он молчит!

На стенах дорогие гобелены,

Ковры восточные, ткань с гербовым шитьем.

По залу слуги, словно манекены,

Застыли с факелами (это днем!)

Под стенами резные дрессуары -

Шкафы с посудой, проще говоря.

В них серебро, эмаль и стеклотара.

Красиво мастера ее творят!

Столы вдоль стен. Один под балдахином -

Для тех, кому оказывают честь

И для хозяев. Все здесь чин по чину,

Всех проведут, куда должны присесть.

 

Рога, как водится, трубят начало пира,

По приглашению заходят гости в зал.

Где каждого представят по ранжиру -

Таков обычай, церемониал.

 

Перед началом трапезы обильной

Устроили всем омовенье рук.

А после блюда в щедром изобилии

Разносят по порядку всем вокруг.

Всех рассадили за столы попарно.

Посуды мало, вилок нет совсем.

Лезть пятерней в тарелку — не вульгарно,

Я ем с ножа, как все, руками ем.

Павлины, лебеди на блюдах как живые,

Фазаны, гуси, карпы и лосось...

Я оленину пробую впервые,

Как здесь прилично, обгрызаю кость.

Оценим кулинарное искусство:

Похлебку, соусы и с мясом пироги...

Все очень сытно, даже пахнет вкусно.

О, Боже, от обжорства сбереги!

 

Ах, как же расстарались менестрели

С балладами Гийома де Машо!

Канцоны нас романтикой согрели

И рондо прозвучали хорошо.

Так весело от ярких интермедий -

Разыгрывают сценки там и тут!

О чем-то мило шепчутся соседи.

А чем еще сегодня развлекут?

И все под разговоры, песни, тосты

В желудках исчезает со столов.

Пир длится долго, выдержать не просто...

Но наше время, кажется, пришло!

 

Мелькнул в толпе седой старик-алхимик,

И закружился разноцветный зал.

И почему-то громко мое имя

Распорядитель пира вдруг назвал.

Под пристальным вниманием смотрящих,

В плаще на центр зала выхожу.

И медленным движением скользящим

Свой плащ-мантель снимаю и держу,

Открыв всем взорам свой наряд короткий.

Все смолкли. Даже музыка молчит.

Волнуюсь, аж спина покрылась потом!

Жду. Знаю точно, кто-то обличит.

И прорвало: Где юбку потеряла?

Ой, ноги, ноги! Шутовской наряд!

Она же без камизы, разве мало?

Бесстыдницы пусть на кострах горят!

 

Но вдруг, внезапно лютня заиграла,

Околдовав мелодией весь зал.

И я под музыку кружиться в танце стала,

Продолжив этот странный ритуал.

И снова тишина. Встает хозяин,

Его слова раздались словно гром:

«Сей менуэт зачем плясать Вы взялись

В таком наряде дерзком и смешном?

Где кавалер, скажите нам на милость?

Кто сможет покровительствовать Вам?

И чтобы дело поскорей решилось,

Кольцо свое преподнесет пусть сам!»

 

Мантель накинув, я стою в тревоге,

Стремясь его глазами отыскать.

Он так решительно легко встает на ноги,

Что снова захотелось танцевать!

Он приближается высокий ладный статный,

Снимая для меня свое кольцо...

Руки касается… И в тот же миг обратно

Перенеслась в свой век! Его лицо

Растаяло тотчас в потоке света...

И я в своей квартире у окна.

В футболку, в шорты, как всегда, одета.

Опять в обнимку с книжкой, но одна...

 

Теперь алхимик, видимо, доволен -

Разрушено проклятье колдовства.

Да, славно потрудились мы с тобою.

Но, как-то не хватает волшебства!

 

 

По сути-то, и в жизни так бывает,

Что кто-то нам навязывает роль.

А мы, внезапно вызов принимая,

С азартом увлекаемся игрой.

И в час, когда нам нужно сделать выбор,

Не следуем трусливо за толпой.

Рискуем, твердо веря, что смогли бы

И в штормы управлять своей судьбой.

За непохожесть выглядим шутами.

Но те, кто судят, разве лучше нас?

Кто без греха, пусть первым бросит камень!

А я молюсь о мудрости сейчас...

 

 

 

 

 

 

0
Реклама
InnaSuverneva
Небольшое лирическое произведение без претензии на 100% историческую достоверность.
Надеюсь, рыцарь являющийся героем сего повествования не огорчится, что подаренное ему год назад, выставлено на всеобщее обозрение, дабы в предверии Рождества и Нового года напомнить, что чудеса имеют место быть!
Верьте — и чудеса станут реальностью!

Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии. Регистрация тут.